Policy Report | March 11, 2010

Боеготовность ядерного оружия под вопросом: К дискуссии о понижении оперативной готовности ядерных арсеналов США и России

Приведение вооруженных сил в состояние определенного уровня боевой готовности веками было основным принципом военной доктрины в части готовности вооруженных сил, особенно в странах, подвергавшихся неожиданным нападениям. Поэтому ни для кого не станет откровением тот факт, что в период холодной войны значительная часть ядерных вооружений Соединенных Штатов и Советского Союза пребывала в состоянии боевой готовности. Но прошло 20 лет после окончания холодной войны, а Россия и США продолжают поддерживать подавляющую часть своих ядерных вооружений в прежнем состоянии боевой готовности. Пришло время основательно переосмыслить этот подход, а также предложить творческие идеи в отношении уровня оперативной готовности, соответствующего миру новой эпохи, а также в отношении возможностей практической реализации предлагаемых идей.

Предисловие

В настоящее время у США имеется порядка тысячи ядерных боеголовок в состоянии боевой готовности в межконтинентальных баллистических ракетах (МБР) наземного базирования и баллистических ракетах подводных лодок (БРПЛ). Аналогично порядка 1 200 российских боеголовок (по большей части МБР) находятся в состоянии боевой готовности.

Даже в период холодной войны уровень боевой готовности не был статичен и изменялся в зависимости от условий безопасности. Однако с тех пор (после незначительного выведения из состояния боевой готовности, в частности бомбардировочной авиации, вскоре после окончания холодной войны) уровни боевой готовности не подвергались существенным изменениям. Как признал один российский эксперт, Россия и США – все еще заложники наследия холодной войны.

На таком фоне Институт Восток-Запад (ИВЗ), в партнерстве с Федеральным департаментом иностранных дел Швейцарии и Министерством иностранных дел и торговли Новой Зеландии приступил к выполнению проекта «К новому пониманию проблемы понижения боевой готовности ядерного оружия: вопросы понижения оперативной готовности ядерных арсеналов США и России» в поиске ответов на следующие вопросы:

Каков имеющийся опыт ядерных держав по понижению оперативной готовности ядерного арсенала в прошлом?
В чем заключается критика современных подходов к понижению оперативной готовности систем ядерного оружия и увеличения сроков принятия решения? Какие подходы могут быть приемлемы для Соединенных Штатов и России? Как можно практически осуществить предлагаемые идеи?

Как соотносятся попытки понижения боевой готовности и процесс разоружения? Взаимодополняемы ли они?

Эти вопросы обсудили технические эксперты, политики, кадровые военные и ученые из Соединенных Штатов и России в ходе семинара в городе Ивердон-ле-Бан (Швейцария) в июле 2009 года. Дополнительный вклад в дискуссию внесли представители неядерных государств, которые предложили резолюцию Генеральной Ассамблеи ООН «Понижение оперативной готовности систем ядерных вооружений» (A/Res/63/41).

Дискуссии в ходе семинара продемонстрировали точку зрения, что не существует принципиальных препятствий для понижения боеготовности систем ядерного оружия (ЯО) при условии, что постановка вопроса не ограничивается набором узких технических мер, направленных на снижение возможности случайного, несанкционированного или непреднамеренного применения ЯО. Более широкое понимание понижения боеготовности ядерного оружия могло бы проложить путь для серьезных дискуссий о снижении военной роли ядерных вооружений – например, путем перехода от упреждающей стратегии и стратегии нанесения ответного удара по предупреждению, характерных для периода холодной войны, к стратегии и доктрине ответного удара. Такой более широкий взгляд обеспечит участие всех заинтересованных сторон, в том числе стратегических сообществ России и Соединенных Штатов, в дискуссии по оперативной готовности ядерных вооружений.

Такой подход также поможет предложить путь вовлечения прочих ядерных держав в дискуссию по понижению уровней боеготовности ЯО. Подобное изменение постановки вопроса о понижении уровней боеготовности ядерного оружия позволит предпринять несколько конкретных шагов. Например, в рамках дальнейших переговоров о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ), Россия и США могут рассмотреть возможность совмещения мер по понижению оперативной готовности с двусторонним процессом ограничения вооружений. Возможно также перевести на многостороннюю основу договоренности об обмене данными о пусках ракет и обеспечении возможности уничтожения неподконтрольных ракет в полете.

Предлагаемый доклад представляет не только содержательную полемику между Соединенными Штатами и Россией, но также взгляды неядерных государств, в деталях рассматривает, как можно изменить постановку вопроса. Что немаловажно, в общих чертах доклад также предлагает серию практических шагов, которые Соединенный Штаты и Россия могли бы рассмотреть в процессе «перезагрузки» двусторонних отношений. Предложенные шаги в духе попыток США и России порвать с прошлым и взять новый курс на сотрудничество.

Институт Восток-Запад выражает благодарность правительствами Швейцарии и Новой Зеландии, а также другим спонсорам и донорам за великодушную поддержку, благодаря которой был выполнен настоящий проект. ИВЗ также благодарит всех участников процесса за творческий подход. Чтобы добиться новых прорывов на практике, Институт Восток-Запад постоянно работает над поиском новой постановки вопросов. Надеемся, что предлагаемый доклад станет шагом на этом пути, а также стимулом для Соединенных Штатов и России изменить уровень оперативной готовности в соответствии со стратегическими реалиями дня сегодняшнего, а не пережитками холодной войны.

Джон Эдвин Мроз
Президент и Главный управляющий директор
Институт Восток-Запад

Основные положения

  • Почти 20 лет прошло после окончания холодной войны, а Россия и США все еще обладают сотнями носителей с ядерными боеголовками, которые находятся в состоянии боевой готовности, присущей временам конфронтации, то есть готовы к пуску в течение нескольких минут после поступления соответствующего приказа.
  • Во времена холодной войны уровень боевой готовности, как известно, повышался или понижался в зависимости от стратегической и тактической обстановки. Хотя после окончания холодной войны оперативная боеготовность некоторых видов вооружений была понижена, коренные изменения не затронули уровни боеготовности большинства ядерных вооружений. Главным образом это объясняется тем, что Россия и Соединенные Штаты полагают, что, несмотря на принципиальные изменения двусторонних отношений в целом, жизненно важные интересы сторон, по-прежнему, диктуют высокий уровень ядерного сдерживания.
  • Опыт, накопленный после окончания холодной войны, показывает, что можно снизить уровень боевой готовности и принять меры по сокращению риска случайного или несанкционированного применения ЯО. Можно предпринять дальнейшие меры с целью понижения оперативной готовности ядерных вооружений. При этом и американские, и российские эксперты исходят из того, что ключевой элемент в принятии подобных мер – сохранение выживаемости стратегических сил по причине отводимой им роли в ядерном сдерживании.
    Морально устаревшие стратегии периода холодной войны, в соответствии с которыми стратегические носители с ядерными боеголовками находятся в высокой боевой готовности, можно изменить путем политических инициатив, исходящих от руководителей государств, как это случилось в начале 1990-х с одним из видов ядерных вооружений.
  • Технические вопросы рассматриваемой проблемы, обусловленные присущей межконтинентальным баллистическим ракетам (МБР) наземного базирования высокой степенью готовности к пуску, можно решить путем вовлечения конструкторов МБР в дискуссию о понижении оперативной готовности ядерных вооружений. Сложилось впечатление, что возможность технического решения проблем, связанных со снижением ядерной угрозы, существует, и что эти решения могут быть переведены на многостороннюю основу. Обмен информацией может помочь в практической реализации таких решений.
  • Опасения, связанные с возможной «гонкой» по восстановлению боеготовности и в связи с уязвимостью сил, боеготовность которых была снижена, по отношению к ударам с применением обычных и ядерных видов вооружений в период такой «гонки», могут быть устранены благодаря повышению выживаемости сил, а также путем диалога и мер укрепления доверия.
  • Прочие ядерные державы, по-видимому, поддерживают уровень боевой готовности своих ядерных сил, отличный от принятых в России и Соединенных Штатах. Обсуждался вопрос, насколько такое положение объясняется отсутствием соответствующих технических возможностей или иной оценкой существующих угроз после окончания холодной войны. Создалось впечатление, что ядерные доктрины и сложившуюся практику поддержания боевой готовности ядерных государств невозможно анализировать в отрыве от контекста их политики по обеспечению безопасности.
  • Эксперты неядерных держав активно отстаивают законные интересы своих государств в данном вопросе и подчеркивают практический и конструктивный подход резолюции Генеральной Ассамблеи ООН по понижению уровня боевой готовности ядерных вооружений.
    Неядерные государства заявляют, что понижение уровня боевой готовности ЯО снизит риск случайной или непреднамеренной ядерной войны, а также предоставит столь необходимый практический стимул для разоружения и нераспространения ядерного оружия. Понижение уровня боевой готовности ядерных вооружений также стало бы крайне целесообразной мерой укрепления доверия между ядерными и неядерными державами и долгожданным шагом накануне предстоящей в 2010 году Конференции по рассмотрению действия Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).
  • Принципиальное возражение в отношении понижения уровня боевой готовности ядерных вооружений в общепринятом понимании заключается в том, что эта инициатива является попыткой решения фактически несуществующей проблемы. Даже если в отдельных случаях вопрос имеет место, его можно решить с помощью технических и организационных мер, адаптированных к современным угрозам, таким как, к примеру, ядерный терроризм. Более того, сама по себе выдвигаемая инициатива может в конечном итоге подорвать ядерное сдерживание и стратегическую стабильность, в том числе и в кризисных ситуациях.
  • В ходе встречи высказывалось мнение, что приведенное выше возражение вытекает из узкого взгляда на понижение уровня боевой готовности как на ряд мер, благодаря которым оперативный удар по приказу может стать технически невозможным. Такая точка зрения также приводит к тому, что акценты в дискуссии смещаются к вопросам контроля над применяемыми техническими мерами, что в свою очередь дает возможность оппонентам понижения оперативной боевой готовности выдвинуть контрдовод: поскольку технические меры по понижению боеготовности проверить невозможно, не стоит и предпринимать такие попытки.
    • Если не ограничиваться узкой постановкой вопроса, принципиальных препятствий многим полезным мерам по понижению уровня боевой готовности ядерных вооружений не существует. Понижение боевой готовности необходимо рассматривать не только как техническое решение, но также как стратегический шаг в снижении военной роли ядерного оружия, иными словами, как переход к стратегии ответного удара от морально устаревшей доктрины, основанной на применении упреждающего удара или удара по предупреждению. Текущий процесс подготовки очередного Обзора ядерной стратегии США предоставляет возможность для подобного изменения в восприятии.
    • Если поставить вопрос о понижении боевой готовности ядерных вооружений подобным образом, станут возможными несколько конкретных шагов:
    • В рамках дальнейших переговоров о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ), Россия и США могут рассмотреть возможность совмещения мер по снижению оперативной готовности с двусторонним процессом сокращения вооружений.
      И Россия, и Соединенные Штаты могут предпринять дальнейшие шаги по усовершенствованию мер контроля с целью предотвращения несанкционированных действий; повышению возможностей систем оповещения отличать реальные атаки от кажущихся; а также по укреплению выживаемости своих сил, средств контроля и систем управления.
    • Договоренности об обмене данными и обеспечении возможности уничтожения в полете неподконтрольных ракет можно перевести на многостороннюю основу, по меньшей мере, в части обмена данными, с целью вовлечения в процесс других ядерных государств.
      Перевод на многостороннюю основу организаций типа Совместного центра обмена данными также может быть взаимно полезным и в сфере обеспечения безопасности в космосе.
    • Ядерное сдерживание между Россией и Соединенными Штатами также не стоит считать незыблемым. Диалог о морально устаревших доктринах и стратегиях в контексте российско-американских отношений может инициировать более широкую дискуссию между государствами о снижении видной роли ядерного оружия и таким образом будет способствовать процессу разоружения и нераспространения ЯО.